Рассказ 4. Ира и Олег

[Julia Steinwasen]

Ирка была на улице со своими подружками. Ей было уже 12. Она, как и её подружки, считала себя взрослой девочкой, хотя только-только они "перестали" играть в куклы.
— Ирка! — выйдя из подъезда, сказала соседка, — по-моему твой папашка вернулся! И, по-моему, он опять избивает твоего малахольного братца!
Ира была высокой девочкой, выше, да и крупнее своих подружек, да и выглядела взрослее их. Она соскочила с лавки, растолкав стоявших девочек и кинулась домой. Она перепрыгивала через ступеньки, на ходу достала ключ от двери. Вот только вставить сходу ключ в замок, девочка не смогла. Руки дрожали от злости, а через дверь доносились яростные  крики отца и плачь мальчишки.
— Я тебе сколько говорил?! Увижу тебя в Иркиных платьях, убью! — орал отец. Каждое своё слово он сопровождал сильным ударом ремня. А на диване, свернувшись калачиком и закрыв голову руками, лежал мальчик. Он кричал от боли и просил отца прекратить порку, — сколько ты ещё будешь позорить меня с матерью?!
— Не трогай его! — заорала Ира, пытаясь оттолкнуть отца от Олега, своего брата.
Отец лишь отмахнулся от неё рукой, продолжая пороть сына. Девочка упала на пол. Быстро поднявшись, она не раздумывая, закрыла своим телом тело брата, получив от отца несколько сильных ударов ремнём по спине. Тот по инерции нанёс ещё несколько ударов, хотя и видел, что дочь закрыла сына своим телом. А потом и для порядку специально вытянул дочь ремнём, чтобы знала своё место.
— Вытри слёзы и переоденься! — опустив ремень, строго сказал он сыну, — ревёшь как баба! Не стыдно?! Да меня за такое отец бы порол пока я бы не перестал реветь! А ты тряпка! Размазня!
— А ты, заступница! — отец строго посмотрел на дочь, — на кухню, готовить ужин! Скоро мать придёт! Разбаловала она вас! Но ничего, я возьмусь за ваше воспитание! Шёлковыми у меня станете! И ещё, Ирка, ещё раз увижу Олега в твоей одежде, выдеру тебя, как сидорову козу! Поняла!
Ира, как обычно, пропустила слова отца мимо ушей. Не потому, что она не боялась его или не боялась ремня. Она ненавидела своего отца и лишь только поэтому игнорировала всё, что он говорил.
Девочка помогла своему младшему брату подняться на ноги. Он был на полтора года младше, но телосложение у него было такое же, как и у старшей сестры. Поэтому её одежда очень хорошо подходила ему.
В отличие от брата, Ира не плакала, хотя с десяток ремней досталось и ей. Да, было очень больно, но сейчас важно было помочь брату, ему досталось куда больше. Ира знала из опыта, что на его теле не было живого места.
***
Ира с подружками сидела в кафе. Они решили так отметить окончание очередного учебного года и день рождения одной из подружек. Родители именинницы пригласили всех в кафе. И вот, они все такие красивые, сидят за столиками, перед ними мороженое в стаканчиках, кола и они весело и непринуждённо болтают.
В этот момент в кафе забежала запыхавшаяся соседка Иры. Девочка сразу побледнела, она всё поняла, ещё до того, как тётя Лена начала говорить.
Ира, едва не перевернув стол, поднялась и со всех ног пустилась домой. Олег был один дома. Отец должен был работать. Но он свалил с работы, его позвали собутыльники и теперь он вместе со своими друзьями шёл домой. Вроде бы, как ещё и ничего не произошло, но и соседка и Ира, знали, что значит, когда отец возвращался домой пьяный. Это было страшно, когда он был один, а сегодня с собутыльниками...
Девочка бежала со всех ног, боясь опоздать, боясь не успеть. Олег был опять в её одежде, это она знала наверняка. Сколько раз Ира ему говорила, сколько раз предупреждала, но он лишь кивал в ответ, а оставшись один, переодевался в её одежду. Хоть на ключ закрывай шкаф. Девочка даже подумать боялась, что могло произойти, когда отец с собутыльниками увидит Олега в одежде девочки...
Когда Ира ворвалась в квартиру... Она спешила помочь брату, но когда увидала, что происходит, испугалась сама. Её сердечко замерло и перехватило дыхание. Инстинкт самосохранения в первый момент оказался сильнее инстинкта защиты брата.
Мальчишка стоял посреди комнаты, абсолютно голый. По всем телу следы от ремня, скорее всего отец опять порол Олега. Губа разбита и из угла рта текла тоненькая струйка крови..., рядом лежало разорванное в клочья платье. Один из собутыльников стоял рядом и он был ниже пояса абсолютно голым. А пьяный отец уже уснул прямо за столом. Помощи ждать было неоткуда. Ира перепугалась и за брата и за себя.
— А вот и сестрёнка пожаловала! — один из собутыльников отца поднялся и пошёл навстречу девочке, — ты решила помочь своему непутёвому братику? Это правильно, сам он и с одним Гришкой не справится! А нас здесь, если не считать твоего отца, трое!
Мужик этот рассмеялся и протянул руку к Ире. Она, от ужаса и страха, медленно попятилась назад. Только, вот бежать ей было абсолютно некуда... А ещё и брат, которому тоже нужна была помощь.
Ира была уже достаточно большая девочка, чтобы понять, что от неё, что от них с братом хотят эти алкаши.
— Не трогайте брата! — неожиданно для самой себя сказала девочка. На то, чтобы удивляться своей храбрости, у неё не было времени, — я всё сделаю сама! Только отпустите Олега!
Она как-то смогла избежать объятий Грома, так звали мужика, который шёл ей навстречу. И она тут же оказалась между братом и Гришкой.
— Не трогай его! Я сама всё сделаю! — Ира быстро стянула с себя нарядное платье, в котором она была. Ей надо было, чтобы алкаши поняли серьёзность её намерений и оставили брата в покое. Она была на взводе, адреналин на время заглушил страх. Надо было действовать очень быстро, воспользоваться замешательством этих алкоголиков. Оставшись полностью голой, Ира повернулась к брату и довольно грубо приказала ему идти в свою комнату, закрыть дверь на ключ и не при каких обстоятельствах, чтобы не происходило, не открывать дверь. С одной стороны это нужно было для его, Олега, безопасности. С другой стороны Ира не хотела, чтобы брат видел, что с ней сейчас будут делать.
— А как же ты?! — в отчаянии спросил Олег, — что будет с тобой?!
— Олег! Какого чёрта?! Иди  в свою комнату! — закричала она на брата и толкнула его, добавив, — я большая девочка! С девочками так часто поступают, особенно, когда они вырастут! Вот подрастёшь и сам всё поймёшь! Что стоишь?! Иди! Проваливай! Ну же, кому говорю!
***
Уложив детей, Инна вернулась на кухню. Её подруга, Алла, поднявшись, подошла к холодильнику, достала оттуда бутылку водки, солёные огурцы, кусок колбасы и копчёного мяса.
Инна села за стол, на ней от переживаний, от того, что произошло в этот вечер, просто не было лица. Алла, не говоря ни слова, молча нарезала закуску и поставила на стол. Так же молча она разлила водку по стаканам.
—Инна, всё позади! Успокойся! — подружки чокнулись и выпили. Закусив, Алла продолжила, — главное, что всё хорошо закончилось, все живы! Как дети? Уснули?!
— Да, вроде уложила, — Инна расплакалась, она долго держалась, ей нельзя было быть слабой перед детьми. Да к тому же надо было сначала нужно было заняться ими, успокоить их. А сейчас, здесь, на кухне у подружки, после стакана водки, она расслабилась и дала волю эмоциям.
— Рассказывай, что произошло, а то я так ничего и не поняла! — хозяйка квартиры налила ещё по стакану водки. Выпив и закусив, Инна рассказала всё, что произошло.
— Да, Ирка у тебя кремень! Как за брата заступилась! — наполнив опять стаканы, сказала Алла, — если бы не она...
— Да, Ирка молодец! — согласилась мама Иры и Олега, — хорошо ещё, что соседка Лена нашла меня и всё рассказала. Я, когда вошла в квартиру, когда увидела, что происходит...
— Ментов вызывать надо было! — подружка подала Инне салфетки.
— Да мне не до этого было! — высморкавшись и вытерев слёзы, ответила Инна, — детей спасать нужно было! Хорошо, что эти алкаши, когда я появилась, просто ушли!
— Хорошо, что Ирка заступилась за  брата и эти проклятые алкоголики ничего не успели сделать! — добавила Алла, — и ты вовремя подоспела! Давай, выпьем!
Подружки ещё долго сидели на кухне, им было о чём поговорить. В холодильнике нашлась ещё одна бутылка водки и немного закуски.

[Mädchen]

Смелая девчонка 👍
Вот из-за таких горе-отцов я против домашней порки.

[Serge de K]

Смелая девчонка 👍
Вот из-за таких горе-отцов я против домашней порки.

Соглашусь.."Бытовое насилие" в данном случае это УК.

[Iwanka]

Смелая девчонка 👍
Вот из-за таких горе-отцов я против домашней порки.

Соглашусь.."Бытовое насилие" в данном случае это УК.

Но это не умиляет достоинств рассказа.
Рассказ понравился.
Типичная реакция многих отцов на попытку сына быть тем, кто он есть и кем хочет быть.
Девочка молодец, так заступиться за брата.
Хорошо, что хорошо заканчивается.

[Alexa]

Тяжёлый рассказ.
Горемыки-дети.

[Mädchen]

Тяжёлый рассказ.
Горемыки-дети.

Тяжёлый. Но читается на одном дыхании...
Даже страшно подумать, что бы было, если бы соседка не нашла сестрёнку и мать.

[Julia Steinwasen]

Мне рассказ понравился.
Я не говорю, что то, что происходит в рассказе,  правильно. Но, ведь так в жизни часто бывает, а сестрёнка молодец, смелая девочка, тем более она знает, что ее ожидает

[Ж.Г.]

Затронутый в рассказе вопрос, конечно, очень актуален. Особенно сейчас для России с распустившим хвост подобно павлину скрепоносием. Я сейчас не о порке и не о каких-либо наказаниях вообще, а именно о не принятии "извращений". Но вот то, как рассказ написан, мне, честно говоря, не понравилось: не хватает имхо эмоциональности, язык имхо суховат и чересчур гладок (не хочу предполагать, что при написании использовалась иишница, но такая мысль в голове крутится), тем более именно для такого вопроса. Если бы можно было ставить двойную оценку наподобие школьных сочинений, я бы поставила 5/3, но такое на конкурсе не предусмотрено.

[Julia Steinwasen]

Затронутый в рассказе вопрос, конечно, очень актуален. Особенно сейчас для России с распустившим хвост подобно павлину скрепоносием. Я сейчас не о порке и не о каких-либо наказаниях вообще, а именно о не принятии "извращений". Но вот то, как рассказ написан, мне, честно говоря, не понравилось: не хватает имхо эмоциональности, язык имхо суховат и чересчур гладок (не хочу предполагать, что при написании использовалась иишница, но такая мысль в голове крутится), тем более именно для такого вопроса. Если бы можно было ставить двойную оценку наподобие школьных сочинений, я бы поставила 5/3, но такое на конкурсе не предусмотрено.

А мне, как раз таки хватило эмоций.
Интересный переход от сцены, где Ира остаётся один на один с алкашами и сцена, где мать уложила детей спать.

[Avrros]

Затронутый в рассказе вопрос, конечно, очень актуален. Особенно сейчас для России с распустившим хвост подобно павлину скрепоносием. Я сейчас не о порке и не о каких-либо наказаниях вообще, а именно о не принятии "извращений". Но вот то, как рассказ написан, мне, честно говоря, не понравилось: не хватает имхо эмоциональности, язык имхо суховат и чересчур гладок (не хочу предполагать, что при написании использовалась иишница, но такая мысль в голове крутится), тем более именно для такого вопроса. Если бы можно было ставить двойную оценку наподобие школьных сочинений, я бы поставила 5/3, но такое на конкурсе не предусмотрено.

Кому как, для меня сухой язык здесь очень к месту.

[Julia Steinwasen]

Сколько читателей, столько и мнений.
Бедные авторы, как им писать, чтобы угодить всем?🙃

[Iwanka]

Насчёт эмоций, считаю что в этом рассказе, как ни в каком другом их предостаточно.

[Ж.Г.]

Бедные авторы, как им писать, чтобы угодить всем?🙃

Всем никак не угодить -- это я уже давно поняла.

Кому как, для меня сухой язык здесь очень к месту.

Это всё-таки не полицейский отчёт о произошедшем, а художественное произведение.

[Iwanka]

Это всё-таки не полицейский отчёт о произошедшем, а художественное произведение.

Про полицейский отчёт,  наверно это вы зря.
Автору захотелось именно вот так преподнести эту историю.
Не смотря на жестокость ситуации в тексте обошлось без явной и откровенной пошлости и порнухи.

[Ж.Г.]

Это всё-таки не полицейский отчёт о произошедшем, а художественное произведение.

Про полицейский отчёт,  наверно это вы зря.
Автору захотелось именно вот так преподнести эту историю.
Не смотря на жестокость ситуации в тексте обошлось без явной и откровенной пошлости и порнухи.

Возможно, что я и не права. Из-за того, что почти всё (и тематическое, и нетематическое) написанное мной, написано от первого лица, а не от стороннего наблюдателя, поэтому мне привычнее эмоции непосредственных участников событий.