Рассказ 3. Гостья из будущего - спанк-версия

[Odessit]

Гостья из будущего - спанк-версия


Глава 1. Обычный апрельский день


Эта необычная история началась одним обычным апрельским днем.

- Ты понимаешь, ОНА - необычная... Вся золотая...

Двое обычных мальчиков в обычной школьной форме шли между домами. Судя по тому, что они шли уверенно, не оглядываясь, дорога была им хорошо знакома. Так они ходили каждый день из школы домой.

- Она?.. Девочка?

- Женщина...

- Понятно, - второй мальчик улыбнулся.

Он, Коля Герасимов, и его друг, Фима Королев, были еще школьниками. Но, как и большинство мальчиков, с 12 лет они интересовались не только одноклассницами, а и взрослыми женщинами.

- Ну, и что?.. - Фима не смутился от намека друга. - Я про другое... Она - очень странная. Я следил за ней... От перекрестка рядом с гастрономом. Она скрылась в Том Доме...

Тем Домом они называли деревянный особняк, из которого последних жильцов выселили полгода назад. Фима утверждал, что в этом доме сто лет назад прятались заговорщики, когда планировали революцию.

- Ты же не думаешь, что она - заговорщица? - не сдерживая улыбку поинтересовался Коля.

- Нет, конечно, - теперь Фима смутился. - Она так фирмово одета, а скрылась в заброшенном доме. Почему?

- Может, она - приезжая? А в гостиницу так просто не поселят, - попытался объяснить необычное поведение девушки Коля.

- С такой внешностью она могла бы и в интуристе поселиться, - не сдавался Фима. - У нее платье, как у той актрисы из фильма про блондина.

Коля понял без дополнительного уточнения, что речь идет о французском фильме про высокого блондина. Сцена с шокирующим платьем французской актрисы врезалась в память.

- Все может быть, - примирительно продолжил Коля. - Но, Фима, мне нужно успеть в магазин, чтобы купить хлеб, сдать бутылки из-под кефира и купить новый кефир. И быть дома не позднее 15:30. Тебе тоже пора домой, чтобы опять не попало от тети Тани.

В ответ на совет друга Фима потер ладонью заднюю часть школьных брюк, вспоминая вчерашнюю порку, полученную от мамы.

- Тебе вчера за эту слежку попало?

- Да, точнее за то, что я следил за ней вместо прогулки с Булькой... - Среди домашних обязанностей Фимы были ежедневные прогулки с собакой, черным скотч-терьером, которую мальчик надеялся выдрессировать, потому что она напоминала собаку знаменитого клоуна Карандаша.

- Я слышал, - смущенно продолжил Коля, - поэтому давай поскорее домой. И мне тоже не хочется подставлять свою попу...

Оба мальчика, как и большинство их обычных сверстников, получали от своих матерей порку за проступки.

- Ладно, - согласился Фима, - пойду домой... Мне сегодня тоже нужно гулять с Булькой.

- Умница, - одобрил Коля решительность друга. - И мне пора, чтобы успеть домой.

Попрощавшись, оба мальчика разошлись. Фима пошел домой, а Коля побежал в гастроном. Он опасался очереди при сдаче пустых бутылок. Однако, к его радости, он оказался единственным. И кефир еще не раскупили.

Сделав все покупки и уложив их в ранец вместе с тетрадями и учебниками, Коля Герасимов пошел домой. Судя по часам на перекрестке - 15:00, он успевал вовремя, чтобы избежать возможную порку.

Чтобы не терять время, он пошел той же дорогой, которой накануне шел Фима. И у перекрестка увидел ЕЕ...

У светофора стояла высокая стройная девушка, в золотистого цвета платье, с золотыми волосами. Она вся светилась под солнечными лучами. Поэтому Коля понял, почему его друг назвал ее "золотой". "Золотая девушка" двинулась между домами.

"Снова к Тому Дому?" - подумал Коля и пошел за ней как под гипнозом. Платье действительно было похоже на то самое у актрисы. Хотя разрез на спине и не доходил до ложбинки между половинок круглой попы.

О прелестях незнакомки Коля догадался по очертаниям фигуры под платьем. С детства он привык к женским фигуркам. Его мама была спорстменкой-гимнасткой. Поэтому он привык видеть маму и ее подруг в спортивном, облегающем все женские прелести, трико. Разглядывая незнакомку он подумал, что у нее под платьем нет нижнего белья. Про время и необходимость вернуться домой он забыл. Даже мысль о грозящей порке не волновала. Незнакомка манила его. Скоро они оказались возле прохода между домами. За этим проходом находился запущенный двор, посередине которого как раз и стоял Тот Дом. "Золотая девушка" уверенно прошла в проход, как будто точно знала, что за ним находится.

У Коли было желание сразу же пройти вслед за ней. Но он подумал, что она может стоять там в засаде. Ни  в каких криминальных или шпионских наклонностях он ее не подозревал. Просто не хотел оказаться в глупой ситуации, если незнакомка спросит его: "Зачем ты следишь за мной, мальчик?"

Поэтому в проходе он стал к левой стене и осторожно выглянул во двор. Незнакомка уверенно шла к Тому Дому. Фима был прав. Она поднялась на крыльцо, открыла дверь и вошла...

Пораженный увиденным Коля даже не заметил, что старые доски на крыльце не заскрипели, как и дверь. После того, как дом обезлюдел, Коля и Фима успели в нем побывать. Коля - как любитель романтических приключений, а Фима - снедаемый желанием найти какие-нибудь старинные вещи, подтверждающие легенду про заговорщиков. В тот раз скрипящие доски заставили мальчиков уйти. Фима Королев, отличавшийся пухлостью, опасался, что доски могут сломаться под их весом.

Как только незнакомка скрылась в доме, Коля перебежками, надеясь, что его не заметят, пересек двор и поднялся на крыльцо. И тут же шепотом ругнулся. Доски скрипнули. Скрипнула и дверь.

- Ну все, секретная слежка закончилась, - огорченно пробормотал он. - Правда, - тут же идея озарила его, - если она спросит, я всегда могу сказать, что жил здесь или здесь жил мой друг.

Успокоившись, Коля вошел вглубь дома. Оказалось, что на первом этаже сразу находился коридор, из которого шли двери в комнаты. Посмотрев слева несколько пустых комнат, он не нашел там незнакомку. Прислушался. И тут догадался, что его смущало: за все время нигде, кроме как под ним, не скрипели доски!

- Ну, она же - не призрак? - Коля был растерян.

И эта обычная для мальчика реакция привела к необычным последствиям. Потому что Коля заинтересовался еще одной дверью. За ней оказалась лестница, ведущая вниз, в подвал.

- Вот это приключение, - сам похвалил себя за открытие Коля. - Жаль, что Фимка со мной не пошел. Ладно, завтра сюда вместе придем. А сейчас, - забеспокоился он, - пора домой.

Но его ноги, несмотря на разумные мысли, сами повели его по лестнице вниз. А затем... За дверью Коля Герасимов увидел такое!..


Глава 2. Где это я?


Коля закрыл глаза и снова открыл... Ему показалось, что он спит. Подвал напоминал картинку из школьного учебника про Древний мир. Колонны, фрески на стенах... Коля сделал шаг... И снова не услышал ни звука. Словно акустику отменили. Мальчик обошел по периметру весь подвал.

- Круто, - только и смог он произнести.

Все было так необычно... и Романтично...

Вернувшись к двери, Коля открыл ее... И снова почувствовал себя странно... Вместо коридора за дверью оказался целый зал! Он был залит светом, как в стоматологическом кабинете, в который Коля ходил недавно. Посередине зала располагалась трибуна. Коля подошел к ней. Вблизи трибуна превратилась в пульт. Коля рассматривал кнопки с английскими надписями и цифрами. Английский был для Коли привычным, потому что он учился в школе с углубленным изучением языка. Кнопки окружали табло, на котором осталась надпись "forward" и цифры "2084". Коля нажал на "switch on". И табло засветилось. И откуда-то зазвучал голос: "Подойдите ближе к пульту и возьмитесь за поручни". Коля удивленно оглянулся, потому что не видел раньше поручней. Но они появились из боковых стоек пульта. И он послушно взялся за них обеими руками. Снова зазвучал голос:

- Вы подтверждаете направление и дату?

- Да, - послушно ответил Коля.

И... тут же вместо светлого зала его окружила темнота. Затем темноту прорезали лучи света. Они располагались как параллели снизу доверху, окружив Колю. И в их свете он полетел ввысь...

Сколько прошло времени он не знал. От страха он закрыл глаза... И открыл только услышав голос:

- Вы - на месте... Можете оставить поручни.

Сначала Коля подумал, что это какая-то шутка. Поскольку он был в том же самом зале, стоял у того же пульта. Но... дверь из зала открылась... И Коля понял, что это другое место. Еще более необычное, чем подвал в Том Доме.

Во-первых, дверь была не деревянная и открывалась, уходя в стену, как в интуристе, куда четыре года назад, во время одного спортивного праздника он с мамой ходил в гости к спортсменам из иностранной команды. Во-вторых, за дверью показался коридор, из которого в глаза Коле ударил отсвет от зеркала.

Снова, как под гипнозом, Коля Герасимов поспешил к двери и оказался в зеркальном коридоре. На самом деле, коридор просто был весь из металла и стекла. Так что сам Коля отразился и в стенах, и на полу, и на потолке. Десяток "коль" осматривались с открытым от удивления ртом.

- И когда закончишь обработку моего отчета, Вертер, распечатай его в четырех экземплярах, пожалуйста...

Женский голос вывел Колю из оцепенения и заставил спрятаться в зале с пультом. Но любопытство оказалось сильнее осторожности. Коля вышел опять в коридор и, стараясь слиться со стеной, что выглядело смешно, направился по направлению к голосу.

- Хорошо... Только, пожалуйста, думай о главном, не отвлекаясь на мелочи. Мне потом приходится редактировать отчет, удалять вставки про цветочки... - голос отвечающего звучал как мужской, но странно, словно говоривший был заторможенным.

- Хорошо, Вертер, убедил. Не сердись и пойми, что женщины - очень эмоциональны и романтичны.

В это время Коля добрался к источнику голосов. И опять отпрянул назад. Он снова увидел ЕЕ. Она стояла в полукруглом зале, перед стойкой, как в аэропорту. За стойкой стоял юноша, весь в комбинезоне серого цвета.

- Ладно, Вертер. Я очень устала сегодня. И сейчас хочу на пляж. Потом вернусь и все подпишу. Тебе - не скучать.

Повернувшись к стойке спиной, девушка провела правой ладонью от шеи до живота по платью... И осталась совсем голая!..

"Я же говорил, что у нее там нет нижнего белья", чуть не закричал во весь голос Коля. Но к его счастью, он произнес это про себя, мысленно.

Разглядывая обнаженную девушку, ее круглые ягодицы и налитые груди, он почувствовал как спереди в брюках напряглось. Так он реагировал только тогда, когда случайно замечал маму, переодевавшуюся в трико перед тренировкой. Или когда видел голой свою школьную любовь - одноклассницу Альбину Фетисову.

Но мама и Альбина не вызывали у него такого восхищения. "Золотая девушка" и без золотистого платья выглядела золотой: ее кожа, с легким загаром, блестела; волосы, спадавшие теперь с плеч, довершали иллюзию золотистости. Даже пушок рыжих волос, под животом, блестел как золотой. Девушка стояла совсем голенькая, без тени смущения, перед юношей. И он тоже не выглядел смущенным. Коле доводилось такое видеть лишь в очень раннем возрасте в сауне, куда он до четырех лет ходил вместе с мамой. Там все женщины и их очень маленькие дети были совсем голые и не смущались. Но тут была не сауна. И девушка, и юноша были взрослые.

"Может быть она - нудистка?" - подумал Коля Герасимов. Про нудистов он случайно услышал из разговора своей мамы с тетей Ларисой, мамой Альбины. Она упоминала их, когда рассказывала о поездке на сборы в Прибалтику. И мама, и тетя Лариса тогда хихикали смущенно. А сейчас никто, кроме самого Коли, не смущался.

Девушка попрощалась с Вертером и направилась к двери напротив стойки.

- Приятного купания, - вдогонку ей прокричал Вертер.

Девушка скрылась за дверью.

"И далеко она так уйдет? - подумал Коля. - Одно дело раздеться догола, даже на пляже. Но идти так... Или ехать?"

Коля не успел додумать, как услышал новые голоса.

- Mein lieber Marquis, ich freue mich, Sie zu sehen. (Мой дорогой маркиз, я рад вас видеть)

- Et je suis ravi de vous voir, cher Baron. (И я рад вас видеть, дорогой барон)

Немецкий ему был знаком, потому что его учила мама. О том, что второй язык - французский, он просто догадался.

Из коридора по другую сторону от стойки вышли двое мужчин, один как-будто сошедший со страниц романов Александра Дюма про мушкетеров, второй - в прусском мундире и треуголке.

- And I am so glad to see you, my friends. (А уж как я рада вас видеть, друзья мои)

Из-за их спин показалась дама, в строгом костюме-амазонке, красиво облегавшем ее полноватую фигуру, с жокейским хлыстом в руках.

Коля обрадовался "знакомому языку". И заметил, что прямо перед ним, на табло на стене забегали слова, перевод на четыре языка.

Вся троица подошла к стойке. Кавалеры, разумеется, пропустиили даму вперед.

- Дорогой Вертер, прими мой отчет скорее. Я так хочу окунуться в морскую воду.

- Снимите вашу шляпку, миссис Митчелл.

Миссис Митчелл подчинилась. Коле показалось, что по ее лбу промелькнула фиолетовая полоса. За ней - вторая, третья... Минут через пять юноша, которого все называли Вертером, вздохнул и сказал:

- И снова, как и Полину, я прошу думать только о предмете отчета. Это конечно интересно, какая была погода или как пахли духи. Но, уважаемая миссис Митчелл, ваша командировка в Великобританию девятнадцатого века была посвящена конкретно Терезе Беркли и ее скандальной репутации. Вы так и не выяснили, кто из очень знатных особ был ее главным покровителем?

- К сожалению, нет. Но не из-за того, что отвлекалась на погоду и парфюмерию, - с легким смешком парировала миссис Митчелл, - а потому, что все ее клиенты появляются там в масках. И оголяют не лица, а свои провинившиеся зады...

Свой ответ она подкрепила громким ударом хлыста по стойке. Так что двое ее спутников и Коля вздрогнули. Только Вертер оставался невозмутимым.

- Хорошо. Вот об этом, пожалуйста, и думайте, когда я записываю ваш отчет.

"Ну и выдержка у него" - подумал Коля. Он почувствовал уважение к Вертеру.

Миссис Митчелл сменил "прусский офицер".

- Герр Шмидт, снимите, пожалуйста, шляпу. Спасибо, герр Шмидт. Очень интересно. Значит уверенность Великого Фрица в том, что солдат должен бояться порку больше, чем противника, не спасла его во время войны?

- Да, Вертер, и когда я покинул Короля, он был в отчаянии. Только чудо может спасти его.

- Успеха ему, - заметил Вертер, просматривая что-то перед собой.

- Тебе нравится король Фриц? - удивилась миссис Митчелл.

- Нет, но я уважаю его. Он - боец.

- О вкусах не спорят, - примирительно заметил герр Шмидт.

Вертер согласно кивнул и позвал:

- Месье Дюрок...

Месье Дюрок снял шляпу, галантно поклонился и ответил:

- Любезный Вертер, мои воспоминания открыты для тебя.

До того невозмутимый Вертер хмыкнул. Пока сиреневый свет озарял лоб месье Дюрока, его спутники вполголоса о чем-то шептались.

- Значит, - снова раздался голос Вертера, - легенда о том, что короли из династии Бурбон наказывались поркой лично, подтвердилась?

- Да, месье Вертер, - ответил француз, сделав ударение на последнюю гласную. - Я лично присутствовал при наказании будущего короля-солнце.

- Интересно, если бы тогда жила дама, похожая на мою новую знакомую миссис Беркли, было бы это солнце таким шаловливым? Или его подчинили бы дисциплине...

Свой риторический вопрос миссис Митчелл сопроводила ударом хлыста по воздуху.

- Ого, - рассмеялся месье Дюрок, - у вас отменно поставленная техника удара. Королю пришлось бы несладко, если бы его метрессой были вы.

Довольная комплиментом дама сделала реверанс и засмеялась.

- Все это очень познавательно, - вмешался Вертер, - но я попрошу вас подписать ваши отчеты.

На стойке сначала появились стопки бумаги, которые тщательно просмотрели трое путешественников. А затем, каждый из них оставил свой автограф на каждом листе. После этого они по очереди еще расписались поверх какого-то стеклянного устройства.

- Вот теперь все хорошо, - довольным голосом заметил Вертер. - Не забудьте сдать ваши костюмы. Они еще пригодятся.

- С удовольствием, - заметила миссис Митчелл, начав снимать костюм. Герр Шмидт, раздевшийся быстрее всего, помогал ей. Месье Дюрок подшучивал над завязками своего костюма.

- Кстати, дорогой Вертер, ты упоминал Полину, - заметила миссис Митчелл, избавляясь от надоевшего корсета, - она уже вернулась?

- Да, - проверяя по списку детали костюма прусского офицера ответил Вертер, - сдала отчет и пошла на пляж.

- Хорошая идея, - вдохнув полной грудью заметила миссис Митчелл, - я тоже с удовольствием подставлю свое тело солнцу и поплаваю в море.

Оба ее спутника приветствовали ее идею аплодисментами. Коля так отвлекся на переваривание услышанного, что не заметил, как троица осталась в таком же "пляжном костюме" как и "золотая девушка", которую миссис Митчелл назвала Полиной.

Только миссис Митчелл оставила в руках хлыст. Ее полная фигура напомнила Коле маму Альбины, которая тоже была полной, несмотря на занятия спортом. Полная грудь, волнующе колыхавшаяся от дыхания, аккуратно подстриженные каштановые волосы внизу живота, соблазнительные полушария ее зада... И... хлыст в руках. Все это делало ее невероятно соблазнительной. И Коля снова ощутил напряжение спереди брюк.

И тут из-за ее роскошной фигуры он заметил герра Шмидта и месье Дюрока и едва удержался от ехидного хихиканья. Нет, фигуры обоих были вполне себе спортивными. Илья Муромец, как в шутку называли учителя физкультуры в его школе, позавидовал бы им. Но иронию Коли Герасимова вызвало другое. Оба спутника роскошной миссис Митчелл совсем не впечатлили своими мужскими доблестями.

"Да у меня сейчас круче, чем у них обоих вместе..." Коля зажал себе рот ладонями, чтобы не захохотать. Но миссис Митчелл почему-то была довольна своими спутниками, шутливо похлопывала хлыстом по их подтянутым задам. Закончив все формальности с Вертером, обнаженная троица направилась к той же двери, за которой скрылась Полина. И с возгласом "здравствуй, Море" они скрылись за дверью.

- Нифига себе, а где же тут море? - не удержался он от громкого возгласа.

- На побережье Хорватии. Адриатическое море, - голос раздался прямо над ухом.

Подняв голову Коля Герасимов понял, что попался. Вертер стоял над ним и взял Колю за плечо.

- Ой, больно, - взвизгнул Коля. Ему показалось, что его плечо зажали тиски из школьной мастерской.

- Извини, но ты сам виноват, - Вертер приподнял обеими руками Колю как пушинку и понес к стойке. - Сейчас мы узнаем, что ты за экспонат.

За стойкой он поставил Колю под какой-то колпак и нажал правой рукой на кнопку на стойке. Через минуту раздался голос:

- Мальчик Коля, полных лет - 12, учится в 20-й школе. Прибыл из 1984 года на машине времени, по маршруту Полина.

- И зачем ты это сделал? Ты ее подставил! - голос Вертера стал грустным. Коле в нем послышались горечь и укоризна.

- Кого? - Коля покраснел от стыда, но сам еще не понимал, в чем же он провинился. Так бывало уже, когда мама говорила ему готовиться на порку и наказывала прыгалками, объясняя во время порки его проступок.

- Полину... Ты прошел через ее маршрут... Но ты ведь не сотрудник ИВ... Теперь у Полины будут неприятности.

- Простите меня, пожалуйста, - попросил Коля, - я же не знал. Я сначала подумал, что это романтичное приключение...

- Ты - романтик? - с интересом спросил Вертер.

- Да, - смутился Коля. - Я люблю приключения... И еще Полина была такая красивая... Я увлекся ею.

- Да, - протяжно и мечтательно подтвердил Вертер, - очень красивая...

- Ты... Вы... ее любите? - несмело поинтересовался Коля. Он почувствовал, что юноша на него уже не сердится.

- Люблю. Но только платонически. У нас с ней не может быть взаимности?

- Почему? - Колю удивил ответ.

- Она - человек. Я - робот...

- Робот? Я думал... Вы выглядите как юноша.

- Спасибо, - грустно улыбнулся робот, - но по меркам машин я уже пенсионер. Мне 10 лет. Еще пару годков - и на переработку.

- А что такое - ИВ? - Коля попытался замять грустную тему.

- ИВ - это Институт Времени, точнее Институт Исследования Временных Пространств. Наши профессора совершают путешествия в прошлое, чтобы на месте, погружаясь в социум, изучать историю Земли.

Занудная научная терминология утомила Колю. Он любил читать исторические романы, но научные термины его не интересовали.

- А Полина тоже профессор?

- Да...

Коля представлял себе профессоров обязательно старыми, седыми. И главным образом мужчин. Полина же была девушкой, очень красивой и не седой.

- А миссис Митчелл и ее спутники?

- Они - тоже профессора. Но у них особый поиск. По теме "Роль ТН в развитии общества".

- ТН?

- Телесные наказания. Порка, - уточнил Вертер.

- Ясно, - смутился Коля. Ему стало понятно, о чем говорили миссис Митчелл и ее спутники с Вертером. Тема ТН вызвала у него одновременно любопытство и страх. Ведь порку он знал на своем примере.

- Ладно, - вздохнул робот Вертер, - тебе пора возвращаться в свое время.

- Уже? - огорчился Коля. - И романтичное приключение закончится? А можно посмотреть еще на Адриатическое море?

- Ты никогда там не был?

- Не был... Чтобы поехать нужны паспорт, разрешения, визы... - Коля перечислял все препоны для поездки, про которые он слышал из разговоров мамы с ее подругами.

- Тебе не нужен паспорт, - улыбнулся Вертер. - Ты действительно хочешь туда? Искупаться?

- Я... без плавок, - смутился Коля.

- Там все БЕЗ плавок, - заметил Вертер, - они только мешают.

- Я только посмотреть...

- Хорошо. Подойди к той двери.

Коля послушно выполнил приказ. Но сначала оставил у стойки свой ранец.

- Видишь там кнопки?

Присмотревшись, Коля таки увидел кнопки с латинскими буквами.

- Набери Адриатика-Бич...

Коля набрал слова по-английски.

- А теперь открывай дверь и в добрый путь... Только постарайся вернуться максимум через 30 минут. Не подставляй меня и Полину.

[Odessit]

Глава 3. Осторожно! Космические пираты!


Коля не успел ответить, потому что вышел за дверь... И попал на залитый солнцем пляж. На мгновение он зажмурился, ослепленный отблеском солнечного света от сотен совершенно голых тел - женских, мужских, детских. И никто не смущался, а наслаждался свободой тела. Плеск морских волн приятно расслаблял.

- А ты, мой юный друг, слишком одет для пляжа. И, как я думаю, с карнавала. Потому что твой костюм похож на одежду, которую я сам носил сто лет тому назад. Правда тогда на мне были туфли, а не кеды. И еще я носил красный галстук, хотя без него намного лучше.

Коля повернулся направо. Рядом с ним стоял высокий старик в белом костюме и широкополой шляпе. Его одежда и козлиная бородка напоминали иллюстрацию из одной известной книги.

- Сто лет тому назад? А сколько же вам сейчас лет?

- Сто двенадцать. Можешь называть меня дедушка Павел.

- Очень приятно. А меня зовут Коля. А вы тоже одеты не по-пляжному...

- Просто я должен спешить на Космопорт имени Кеннеди. А ты, Коля, почему не купаешься? Вода сегодня очень хорошая, не теплее 16 градусов. Или ты стесняешься купаться без плавок?

Коля действительно стеснялся. Но из-за того, что ему послышалась в голосе дедушки Павла ирония, мол слабо искупаться, он решил себя перебороть и раздеться.

- В моем детстве голышом купались только в деревне. Иначе все увидели бы на детской попе следы родительского воспитания. Да... - помолчал дедушка Павел и добавил, - тогда детей наказывали поркой. А сейчас про нее знают лишь из школьного курса "Телесные наказания". Меня, кстати, тоже так наказывали.

"И меня" чуть не ляпнул Коля и прекратил попытку раздеться. Ведь на его попе были следы от маминых прыгалок. Порка была два дня тому назад, поэтому следы были еще очень яркими. "Интересно, а чем пороли дедушку Павла?" И тут Коля засмеялся, потому что понял - ведь он с этим Павлом - одногодки. Раз Коля попал в будущее, этому он уже не удивлялся, то ему сейчас тоже - 112 лет. Только выглядит он как мальчик...

- И меня тоже веселит, когда дети резвятся в морских волнах, - дедушка Павел принял колин смех как ответ на свои слова.

Коля подумал, что нужно быть внимательнее к словам собеседников, чтобы его не разоблачили.

- Приглашаю со мной в Космопорт Кеннеди, я там встречусь с профессором Селезневым, отцом знаменитой Алисы.

Для Коли Алиса и профессор Селезнев были неизвестны. Но, чтобы не попасться, он сделал вид, что очень рад такому шансу.

- Тогда, прошу со мной.

Коля чуть не ляпнул снова про паспорт и визу. Они подошли к стенду за их спинами. В отличие от двери с кнопками в ИВ, на стенде были изображения нескольких дверей и кнопки были рядом с каждой дверью. Кнопки не с буквами, а названиями. Дедушка Павел нажал на кнопку "Космопорт Кеннеди" и жестом пригласил Колю пройти в левую дверь. Коля поспешил войти. В прошлом он уже был один раз в аэропорту "Шереметьево", когда встречал вместе с мамой ее друзей-спортсменов.

Но этот аэропорт, точнее космопорт, поразил его размером. И отсутствием суматохи. В "Шереметьево", как он помнил, от встречающих, провожающих, улетающих и их багажа было ощущение как на базаре. В космопорте все было упорядочено. Люди и их багаж двигались организовано к коридорам, над которыми загорались надписи "Терминал номер...". Про направление их движения сообщали надписи на табло.

Дедушка Павел направился к группе оживленно беседующих мужчин, а Коля заинтересовался одиноко двигавшимся по полу багажом. В принципе, багаж пассажиров, как он уже увидел, тоже двигался по полу сам, без носильщиков и тележек. Но этот багаж - ростом в человека ящик - был без сопровождающих. Он двигался в сторону от людей, к желтым воротам, на которых темнела надпись "Склад". Ворота открылись автоматически и ящик въехал в темный коридор. Коля подошел ближе. Крышка ящика открылась... и две темные тени, казавшиеся бесплотными, выплыли из ящика и почти слились со стеной. Одна из них, поменьше, была похожа на большую крысу.

- И где этот ящик, про который докладывал Космопол?

Двое в желтой униформе с черными надписями "багажная служба" обошли Колю и направились к ящику. Оба говорили по-английски. Потому что все происходило в столице Земли - Нью-Йорке.

Один из них, тоже небольшого роста, выругался, увидев открытую крышку.

- Кто ответит за возможную потерю багажа?

- Надо еще проверить по реестру... - начал отвечать второй.

Но... не успел договорить, потому что обе тени отделились от стены, на уровне голов засверкали желтым светом глаза. И сотрудники багажной службы упали на пол. Тени приблизились к ним. И вдруг тела стали тенями, а тени преобразовались в тела. На мгновение Коля увидел крысиный профиль маленького и толстую физиономию второго, напомнившую китайца или корейца. Затем они обрели полностью облик людей. И направились в зал.

Коля хотел пойти за ними, но его внимание привлекли картинки на табло в зале. Он узнал крысиный профиль, а надпись "осторожно, пират - Бледная Моль!" вызвала у Коли ужас. Тут же на табло появился второй пират и надпись, уточнившая, что его зовут "Толстый Кореец".

- Селезнев, а где же Алиса сейчас? - спросил знакомый голос.

- Сейчас она испытывает миелофон в Шенбрунн-Тиргартен, - ответил Селезнев, - в рамках своей научной работы с животными.

- Хороший прибор - миелофон. Главное, чтобы он не попал в руки пиратов, - откликнулся третий голос.

"Пиратов?" подумал Коля. Он повернулся и увидел трех взрослых мужчин: дедушку Павла, высокого худого моложавого мужчину и низкорослого с лысиной. А метрах в пяти за их спинами стояли... упомянутые космические пираты. Услышав про миелофон, они переглянулись и направились к двери с надписью "Портал"...

- Дедушка Павел, - закричал Коля, - космические пираты... миелофон... Алиса...

- Познакомьтесь, друзья, - обернулся к нему дедушка Павел, - это мой юный друг, Коля.

- Про каких пиратов ты говоришь? - подключился к разговору профессор Селезнев.

Стараясь ничего не упустить, Коля быстро рассказал про все увиденное, от таинственного ящика и преобразования теней-пиратов в облик служащих космопорта до подслушанного разговора про миелофон.

- Куда они ушли? - спросил ставший серьезным дедушка Павел.

- Туда, - показал Коля на дверь-портал.

- Они направились к Алисе, - с ужасом в голосе констатировал профессор Селезнев.

- Внимание, тревога! - произносил в это время третий в микрофон. - Пираты! Бледная Моль и Толстый Кореец направляются в Вену!

Его слова преобразовались в бегущую надпись на всех мониторах, заменив собой сообщения о полетах.

- Мы тоже должны спешить в Вену, - сказал профессор Селезнев.

- Туда сначала отправится Коля, - осадил его дедушка Павел, - он уже знает, как они выглядят. А мы отправимся с полицейским подкреплением.

Коля почувствовал себя польщенным таким доверием. Дедушка Павел подвел его к двери-порталу, набрал слова "Шенбрунн-Тиргартен. Вена" по-немецки, открыл дверь и пригласил жестом Колю.

- Пожалуйста, поспеши и предупреди Алису!

Коля кивнул в ответ и шагнул за порог двери. И увидел перед собой ажурные ворота с той же надписью, на немецком. Войдя в них, он направился к будке с дежурным и по-английски спросил, где находится Алиса.

Дежурный показал направление, за куполом высокого корпуса. Коля уже понял, что находится в зоопарке. И не отвлекался на сравнение с зоопарком, в который привык ходить с мамой и одноклассниками. Стараясь не переходить на бег, но двигаясь быстро, он обогнул корпус и пошел по длинной уютной аллее. По правую руку от него, за лужайкой и деревьями слышались голоса животных. Но метров за сто он услышал и человеческие голоса. Коля пошел по газону и вскоре увидел молодую девушку в униформе.

- Извините, - обратился к ней Коля, - можете мне показать, где Алиса Селезнева?

Коля говорил по-английски, произнося имя как Элис.

- Да, пожалуйста, - любезно ответила с акцентом девушка, - она находится у бассейна с морским тюленем. Кстати, ее искали двое мужчин.

-Это - космические пираты, - вскрикнул Коля. - Предупредите полицию!

Чтобы девушка поверила, Коля добавил про "Бледную Моль". Имя страшного пирата сыграло свою роль. Девушка, побледнев, передала сообщение по какому-то устройству, напоминавшему маленькую рацию. И, удерживая устройство возле своего уха, повела Колю к бассейну короткой дорогой.

- Странно, - встревоженно сказала она, - я звоню Алисе, а она не отвечает.

Коля не успел удивиться словам про звонок, как они вышли к бассейну.

На другой стороне, метрах в тридцати, резвился детеныш морского котика. Рядом с ним Коля заметил плывущую девочку. Как ему показалось, она была без одежды. Но внимание Коли привлекло другое. Из-за кустов вышли двое и быстро подошли к вещам возле бассейна. Бледная Моль взял какую-то коробочку и передал ее толстяку.

- Миелофон!!! Алиса!!! - закричал Коля.

Пираты, услышав его крик, кинулись снова в кусты. Коля споткнулся обо что-то. Нагнувшись, он увидел камень. Как на автопилоте он поднял его и кинул в толстого пирата. Тот взвизгнул, потому что камень попал под левое колено, и упал. Коробочка в его руке отлетела на несколько метров в сторону. Коля бросился к ней, а потом побежал. Убегая, он закричал:

- Алиса, я - Коля! Миелофон у меня!

Он бежал наугад. Но, как оказалось, правильно выбрал направление, потому что через пару минут оказался на аллее, которая вела к выходу. Вскоре он увидел будку дежурного. Коля подбежал к нему и повторил рассказ про пиратов, показал на миелофон и попросил срочно вызвать полицию.

Дежурный, как и девушка в униформе, поверил только при упоминании "Бледной Моли". Он тут же нажал у себя на какие-то кнопки и на табло рядом с будкой появились изображения Пиратов. Включилась сирена. Коля сначала решил, что все в порядке. Но полиция не появилась в тот же час. Зато могли появиться пираты. Мальчик не знал в этом мире, на сто лет вперед, никого кроме дедушки Павла, оставшегося, возможно, в космопорте имени Кеннеди, и робота Вертера. Именно про него он и вспомнил.

- Извините, как мне попасть в... - он пытался вспомнить название того места, куда прибыл на машине времени, - Институт Времени...

Дежурный вышел из будки, подвел Колю к еще одному порталу и набрал по-немецки название нужного места, открыл дверь и пригласил Колю пройти.

Коля еще раз оглянулся и вошел в дверь.

- Ты задержался, - услышал он укоризненный голос. - Ты подведешь меня и Полину.

- Вертер, слушай меня и не перебивай, - громким голосом ответил Коля. И быстро рассказал обо всем: про пиратов, миелофон, про Алису... - Я знаю здесь только тебя. Я оставлю у тебя миелофон и вернусь в свое время...

- Нет, Коля, - Вертер смотрел на экран, - миелофон ты заберешь с собой. Там тебя найдут.

- Но, Вертер...

- Пираты придут сюда... Я вижу информацию про это. Спеши к машине времени. А я оставлю для Космопола информацию про тебя. И задержу пиратов. Но сейчас ты должен спешить... И еще... - Вертер посмотрел на мальчика, - Ты - молодец! Спасибо. Спеши, пожалуйста. Не забудь свой ранец.

Коля подбежал к роботу и обнял его. Слова Вертера и его доверие растрогали мальчика.

- Спеши, - Вертер тоже растрогался. - Спеши, пожалуйста.

Коля открыл свой ранец и положил туда миелофон. Затем надел ранец и кивнув на прощание Вертеру побежал к той комнате, в которой была машина времени. К радости Коли на пульте осталась запись про исходный пункт "1984 год". Коля вспомнил, что нужно стать к пульту и взяться за поручни. Снова зазвучал голос:

- Вы подтверждаете направление и дату?

- Да, - быстро ответил Коля и вздохнул.

И снова его окутала темнота.


Глава 4. Справедливое наказание.


Коля закрыл глаза и открыл их только услышав: "вы - на месте". Стараясь не шуметь, он выбежал из дома.

Вдохнув полной грудью воздух, Коля почувствовал себя уверенней. Пираты вдруг показались ему сказкой, сном... Однако... Он достал из ранца коробочку и открыл ее... "И ходют тут, и ходют...". Голос звучал глухо, как будто старушка у подъезда ворчит. Коля чуть не выронил от удивления миелофон. Он оглянулся, осматривая двор, но никого не увидел.

Однако голос снова зазвучал: "и что это он головой крутит?". Коля резко поднял голову и увидел в одном из окон напротив старушку. Он понял, что услышал ее мысли. И это открытие вернуло все волнения. Коля понял, что пираты, Алиса, миелофон - все это было реально. И он, Коля, обязан спасти миелофон. Еще раз оглянувшись, он улыбнулся и положил коробочку назад в ранец. Надел его и быстрой походкой направился из двора. Через проход между домами, на улицу.

Коля мог пройти дворами домой, сэкономив время. Но ему вдруг захотелось к людям. На улице, в окружении взрослых и детей, он почувствовал себя уверенно. Если пираты придут за ним, то при людях не посмеют напасть... Так, по крайней мере, он надеялся. Такой маршрут занял 15 минут. И, когда Коля подходил к своему дому, то на часах на столбе уже было 16:45.

- Бедная моя попа, - вполголоса проговорил Коля и погладил заднюю часть своих брюк. Он думал о том, что будет говорить маме. Рассказ про пиратов ее, конечно, не убедит. Даже, если он покажет ей миелофон. А впрочем... Коля снова задумался о ситуации, в которую попал. Рассказывать кому-то о своем приключении, значит рисковать не меньше, чем столкнуться с пиратами. Если его не сочтут сумасшедшим, то просто отберут миелофон. А если он расскажет о том, как путешествовал без паспорта и разрешения...

- Никому ни слова... Может быть, только Фимке.

Да, Фима все поймет и не предаст. С этими мыслями Коля вошел в подъезд своего дома. Обычного дома для необычных людей. Внешне этот дом выглядел как обычный. Но жили в нем необычные люди. Например, Инна Герасимова, Татьяна Королева и Альбина Фетисова были спортсменками и чемпионками. За это они получили квартиры в этом доме. Доме, где на лестничной клетке было только по две квартиры. Квартиры трех- и четырехкомнатные, с высокими потолками, с особыми удобствами. Чтобы необычные жильцы и их дети чувствовали свою необычность. В доме было 6 этажей и лифт.

И на этом лифте Коля поднялся на свой, третий, этаж. Дверь налево вела в квартиру Фимы. Коля позвонил в дверь справа. И еще раз. Никто не откликнулся.У него появилась надежда. Коля открыл дверь своим ключом и вошел домой.

- Мама, - позвал он, - я - дома.

Услышав тишину, Коля обрадовался. Мамы не было дома. Может быть она и не узнает насколько поздно он вернулся. Он прошел к себе в комнату по широкому коридору, снял ранец и вынул оттуда миелофон, хлеб и кефир. Миелофон он спрятал на полке за учебниками. А кефир и хлеб понес на кухню. И там его радость исчезла. Потому что на кухонном столе лежали резиновые прыгалки и записка. Коля поставил кефир в холодильник, а хлеб - в хлебницу.

Потом, тяжело вздохнув, взял записку. Пока он ее читал, в его ушах как-будто звучал мамин голос: "Николай! (так мама его называла, когда собиралась выпороть) Мне очень неприятно назначать тебе порку. Но ты без нее не можешь. Пунктуальность - твое слабое место. И только очень строгая порка заставляет тебя не опаздывать. Я сегодня должна уйти на собрание, поэтому тебя выпорет тетя Таня. Подготовься и иди к ней. Покажи ей эту записку." Постскриптум в записке было написано: "Танюша, выдери, пожалуйста, моего Колю как сидорову козу. Он сегодня сильно опоздал домой. Всыпь ему так же, как ты наказываешь Фиму. Спасибо, дорогая. Инна".

Коля в очередной раз тяжело вздохнул и прямо на кухне разделся почти догола, оставшись в одной майке. Свою одежду он отнес в свою комнату и аккуратно сложил. Затем прошел в туалет и ванную. Под конец, взял прыгалки, мамину записку и ключи от квартиры. Вышел на лестничную площадку и позвонил в дверь слева. Коля прислушивался одновременно к  звукам на лестнице, опасаясь, что его увидит кто-нибудь из соседей, и к звукам за дверью квартиры Королевых. Сначала раздался собачий лай. Наконец за дверью послышалось "иду...". Коля закрыл свою дверь и запер ее на ключ.

- Ну, кто там? Что случи... - дверь открылась и на пороге появилась тетя Таня. - А, это ты...

Коля, опустив голову, протянул ей мамину записку.

- Ясно, заходи, - тетя Таня пропустила мальчика в переднюю и закрыла за ним дверь. Взяв записку подруги, она с грустной улыбкой добавила, - ступай в спортзал, там уже мой Ефим готов на дерку. Ты - следующий.

Спортзалом у Королевых называлась комната, специально отведенная под спортивные тренировки для Татьяны Королевой. Там же проводились наказания Фимы. Любимым снарядом, на котором она наказывала сына, была уменьшенная копия коня. Обычно на нем должен был упражняться Фима. А в случае порки он ложился на него поперек, подставляя свою голую пухлую попку под воспитательные удары скакалки. Коля именно там, возле коня и нашел своего друга. Увидев Колю, готового тоже на порку, Фима был сильно удивлен.

- Что случилось? - не скрывая удивления спросил Фима.

- Потом, - шепотом ответил Коля и уставился в пол.

Татьяна Королева в это время в своей комнате разминала плечи. Ефим, так она называла сына, когда была на него очень сердита и собиралась выдрать, два дня подряд пропустил прогулку с собакой. Точнее, он гулял, но лишь после того, как Булька успевала сделать в буквальном смысле каку дома. Собаку Татьяна не ругала. Сын обязан был вовремя выводить Бульку на прогулку, чтобы бедное животное не терпело чрезмерно. Пунктуальность и ответственность!!! Эти два качества мама Фимы, как и Инна Герасимова, ценила больше всего. И если у сына они слабо развиты, то она воспитает их у него с помощью скакалки. Так воспитывали ее саму. И этот очень доходчивый метод она использовала в домашней педагогике. Коля, сын Инны, тоже был не очень пунктуальным. И тоже нуждался в строгом воспитании. Татьяне предстояло сильно выдрать обоих мальчиков, а это требовало физической нагрузки. Поэтому она разминалась также тщательно, как перед выступлением на соревнованиях. И в это время из коридора раздалась нежная трель телефона "дилинь-дилинь". Как все обычные необычные люди, Татьяна Королева старалась окружать себя предметами быта хоть немного отличающимися от других. Поэтому ее телефон не дребезжал, как в обычных аппаратах.

Недовольная, что ее отвлекают перед важным делом, она вышла в коридор, подошла к телефону и сняла трубку:

- Королева у аппарата... - подруги шутили, что когда она волнуется, то произносит свою фамилию как "Королева".

В трубке звучал голос партийного начальника, требовавшего, чтобы товарищ Королева срочно прибыла на важное в политическом отношении собрание. Кстати, подчеркнул он, товарищ Герасимова уже прибыла. Все ждут только ее, Татьяну. Едва сдержавшись, чтобы не матюкнуться в его адрес и в адрес Инки Герасимовой (сама скинула Николая наказать и не могла отмазать от собрания), Татьяна пообещала срочно явиться. На самом деле, она, как и мама Коли, терпеть не могла такие собрания. Однако, одним из условий проживания в таком доме было и участие в таких собраниях. Таким способом партия и ее правительство, дававшие квартиры в таких домах, контролировали лояльность и ответственность необычных людей. Такая вот, педагогика для взрослых.

- Похоже, что порка откладывается, - прошептал Фима.

Коля молча кивнул в ответ. Он уже приготовился к наказанию. И отсрочка его совсем не радовала - ждать порку было хуже, чем получить ее.

Татьяна в это время обдумывала ситуацию. Наконец ее лицо озарилось улыбкой - решение найдено. Она снова сняла трубку телефона, набрала номер.

- Алло, Лорик? Как хорошо, что ты дома. Мне нужно выдрать Ефима, и Таня попросила спустить шкуру Николаю. А меня вызвали сейчас на собрание. Не могла бы ты оказать такую услугу? Да? Тоже собралась наказать Альку? Тогда посылаю к тебе шалунов. Они уже голые. Таня все написала в записке. А моего малого выдери, пожалуйста за непунктуальность и безответственность... По сорок горячих им будет в самый раз... Ты - прелесть, дорогая! Обожаю тебя!

Закончив разговор, она быстро прошла в спортзал. Там ее ждали вновь погрусневший сын и неожиданно повеселевший Коля.

- Так, мальчики, вас накажет мама Альбины. Поэтому - марш к ней, немедленно!

Мальчики послушно вышли в коридор и направились к выходной двери. Коля забрал записку от мамы. Фима открыл дверь и вынул из нее ключи.

- Лифт не занимайте, мне сейчас выходить.

Покрасневшие от смущения Фима и Коля вышли на лестницу и побежали на четвертый этаж, где в квартире, рядом с еще одной их одноклассницей Юлей Грибковой, жили Лариса и Альбина Фетисовы. На их счастье им не попались в это время соседи по дому, и дверь слева была уже открыта. Лариса Фетисова жестом пригласила их войти в квартиру. На мгновение Коля подумал, что она - абсолютно голая, как миссис Митчелл. Причиной было то, что перед наказанием дочери Лариса надевала телесного цвета трико леотард (спортивный купальник). Так ей было удобнее зажимать голову Альбины, удерживая ее во время порки. Трико плотно облегало ее стройные несмотря на полноту ноги и полушария спортивной попки, под купальником не было бюстгальтера и выпирали бугорки полных грудей. В передней она забрала у Коли записку от его мамы, оглядела обнаженные фигурки мальчиков и сказала им:

- Вперед, на порку. Там вас уже дожидается Альбинка, - заметив, что попы у обоих уже были со следами недавней порки, она грустно добавила, - не бережете вы свои попки.

Коля и Фима не в первый раз были для наказания у Фетисовых, поэтому хорошо знали, куда нужно идти. В отличие от Татьяны Королевой, у Фетисовых порка производилась в комнате Ларисы, оборудованной как для сна, так и наказания. Она порола дочку, укладывая на высокий пуф и, как мы уже знаем, зажимая ее между своих крепких спортивных ног.

Альбина стояла в одной футболке. Поскольку ее уже наказывали с Колей и Фимой, и они видели друг дружку голышом с раннего детства, она и не подумала прикрываться, когда мальчики вошли в комнату. Они тоже не видели необходимости закрываться от нее, поэтому Альбина рассматривала своих друзей, особенно уделяя внимание возбуждению Коли. Единственное, что ее немного смущало, это перечисление проступков перед поркой. Эта обязательная часть наказания вызывала у нее волнение. Девочка не хотела даже перед Колей раскрывать свои интимные секреты.

- И так, дети мои, - Лариса вошла вслед за мальчиками и начала вступление перед наказанием. - Алька, не буду повторять, за что ты заслужила порку. Надеюсь, сделаешь выводы. А чтобы не забыла, получишь 40 ударов скакалкой. Прошу, - и она жестом пригласила дочку лечь на пуф.

Альбина оценила деликатность мамы за то, что она не стала перечислять ее проступки, в том числе и неаккуратность. Но количество ударов ее напугало. Так сильно мама редко наказывала. Девочка не рискнула спорить с мамой, боясь заработать добавку к наказанию, и, отдав маме скакалку, послушно легла на живот, на пуф, сведя ноги вместе.

Лариса привязала ее ноги к краю пуфа, чтобы во время наказания удары не попали по нежным частям тела. Лариса зажала голову Альбины своими ляжками, сложила скакалку вдвое, накрутив ее на ладонь, размахнулась и с силой нанесла удар по левой половинке дочкиного задика. И снова размах... и по правой. Удары она наносила с оттяжкой, так что на попе Альбины вспухали яркие багровые следы. А девочка дергалась и сопровождала каждый удар громким взвизгом, перемежающимся обещаниями быть самой послушной девочкой на свете.

Фима Королев вздрагивал от каждого удара по попе Альбины, представляя себя на ее месте. Также синхронно вздрагивал и его напряженный от страха перед предстоящей поркой член.

Коля тоже вздрагивал, но мысли его были заняты не только наказанием Альбины. Он представил на месте ее мамы миссис Митчелл, обнаженную и со стеком в руках. Ее фигура, насколько он помнил, была такой же пухлой, как у тети Ларисы. От этих мыслей его возбуждение усилилось. Он даже не думал о том, что его попа скоро ощутит на себе силу ударов скакалкой.

Обычно наказание Альбины продолжалось не дольше 10-15 минут. Однако сегодня Лариса порола дочку размеренно, чтобы сэкономить силы для порки мальчиков. После двадцатого удара она сделала на пару минут перерыв, чтобы восстановить дыхание и размять мышцы. И заметила возбуждение у Коли. "Растет мальчик. Еще немного и будет у Альки классный и здоровый жених." Она даже позавидовала дочке.

Альбина в это время всхлипывала. Она знала, что ее наказание не закончилось, пока мама держит ее своими ляжками. Минутный перерыв закончился и вслед за новым ударом раздался визг. Девочка не стеснялась кричать, даже если ее вопли слышали соседи. Никого не удивляли крики детей во время наказания.

Вторая часть порки пролетела для Коли и Фимы очень быстро. Зато Альбине казалось, что она никогда не закончится. После сорокового удара она еще минут пять плакала. Мама отвязала ее и обняла.

- Надеюсь, Алька, что мне не скоро придется тебя наказывать...

- Я постараюсь, мамочка, - всхлипывая ответила Альбина.

- Тогда - постой и посмотри, как я буду наказывать твоих друзей за отсутствие пунктуальности и ответственности. Тебе это будет полезно.

Альбина, вытирая слезы, отошла от пуфика и с интересом разглядывала своего любимого Колю. С недавних пор она стала больше обращать внимание не на следы от порки на его попке, а на его напрягающийся "пенис". Дело в том, что ее мама, тренер в детско-юношеской школе олимпийского резерва, имела дома много книг, посвященных анатомии подростков. Аля читала эти книги с молчаливого разрешения мамы, обращая внимание на картинки и описания, посвященные взрослению подростков. Новые для нее слова, как например, пенис, вагина, эрекция и тому подобное, она запоминала особенно тщательно. "Эрекцию" у Коли она принимала за проявление интереса к себе. Поэтому, чем больше становился пенис именно у Коли, тем приятнее было девочке. На не менее возбужденного Фиму она не обращала внимания. Пока Коля укладывался на пуфик, а ее мама привязывала его за ноги и готовилась начать пороть, Альбина внимательно смотрела на все приготовления.

Коля продолжал фантазировать и от эротических фантазий его отвлек грозный оклик:

- Ты меня не слышишь, Коля?

- Слышу, тетя Лора... Я задумался...

- О чем? Сосредоточься на своих проступках и обязанности исправиться! И чтобы тебе было легче не отвлекаться, получишь сорок ударов... - с этими словами Лариса подошла ближе к пуфу и зажала своими полными ляжками щеки Коли.

Замах, удар по правой половинке. Попка сжалась, дернулась... Коля сжал зубы, чтобы не кричать. Он старался всегда молча терпеть порку. Его мама знала об этом и не требовала, чтобы сын во время наказания обещал исправиться. Лариса Фетисова также не требовала от него отвечать на вопросы. Поэтому наказание проходило при полном молчании. Коля дергал попкой, Лариса молча считала удары.

Альбина следила за наказанием друга, сочувствуя ему и испытывая гордость из-за его молчания. Она на себе знала, как больно наказывает мама. И выдержка Коли ей нравилась.

Фима больше думал о том, насколько сильно его выдерут. Попа после маминых порок саднила. А его ожидало не меньшее количество ударов. От каждого удара по попе друга он вздрагивал и сжимал свою попу.

Как и при наказании дочери, Лариса сделала небольшой перерыв после двадцатого удара. Ягодицы мальчика побагровели и сжимались даже во время паузы. Коля громко вздыхал. Лариса тоже тяжело дышала, потому что почувствовала напряжение и тепло внизу живота.

- Мальчик должен быть ответственным и пунктуальным. И эта порка поможет тебе понять эту истину.

И наказание продолжилось. Удары ложились с прежней силой. Резиновая скакалка прижималась к телу, а в следующий миг взлетала вверх и снова вниз... От напряжения у Коли потекли слезы.

- Надеюсь, эта порка пойдет тебе впрок, - Лариса нанесла последние удары с особенной силой. - Все понял, Коленька? - после порки она становилась нежной. Развязав мальчика, она помогла ему встать и обняла, поглаживая ему сначала голову, а потом избитую скакалкой попку. - Не плачь, малыш.

- Я не плачу, ма... тетя Лора. - Ласка помогла Коле успокоиться. Еще вздохнув глубоко пару раз, он направился к Альбине. И встал рядом с ней.

А Фима, также вздохнув, молча направился к пуфику, чтобы принять свое наказание. Как мы уже с вами знаем, его дома наказывали, укладывая поперек гимнастического коня. В такой позе его попа была напряжена и удары ложились не только на мягкие части мальчукового зада, но и на мышцы. Поэтому после последней порки его попа сильно саднила.

Как будто почувствовав его мысли, Лариса снова грустно осмотрела ягодицы Фимы:

- Не жалеешь ты свою попку, Ефим, не стараешься быть пунктуальным...

- Я стараюсь, - также грустно откликнулся Фима. Он привык отвечать на нотацию мамы во время наказания. От боли отвечал обычно громко, поэтому о каждой порке знали те соседи, которые в это время слышали через окно все звуки наказания.

- Сорок ударов помогут тебе стараться, - Лариса поставила точку в дискуссии и, зажав его голову своими ляжками, без дополнительных нотаций начала порку. Наказывать Фиму было легче, чем Колю, благодаря его пухлой попке. Скакалка хлестала по его и так избитым половинкам.

Мальчик сжимал их, тяжело дышал, стараясь, как и его друг, не кричать. Причиной был стыд, который он испытывал от самого факта наказания. Тетя Лариса не доставала его вопросами "ты все понял?", "будешь еще так повторять?". Поэтому он молча, как и Коля, терпел наказание. Фима и не думал оправдываться, понимая справедливость порки и признавая право своей мамы наказывать. Тетя Лариса наказывала его по просьбе его мамы. Поэтому и порка от нее также была справедливым наказанием.

Наказывая Фиму, Лариса почувствовала себя уставшей. Действительно, не так легко выпороть троих детей. Не просто наносить удары по вертящимся попкам. А именно наказывать, стараясь, чтобы каждый удар был достаточно сильным и болючим. Ведь это - залог эффективной порки. К этому Ларису приучили еще родители, когда наказывали дома. А потом - тренеры, особенно Марта Эрастовна Скрыль, когда с помощью как раз скакалки приучали Ларису и ее подруг, Таню Королеву и Инну Герасимову, к дисциплине. Делая в очередной раз перерыв, она глубоко вдыхала и выдыхала, разминая плечи, отчего ее груди вздымались под купальником. Из-за того, что Фима сильно дергал головой, Лариса чувствовала, как от ее ляжек идет тепло к самому низу живота. Поэтому вторую часть наказания она постаралась выполнить максимально быстро. Удары оказались настолько сильными и жгучими, что Фима пару раз взвизгнул.

- Все, мой мальчик, - выдохнула Лариса Фетисова и постаралась быстро отвязать его. Затем, надеясь на то, что дети будут заняты своими переживаниями от порки, она быстро вышла из комнаты и почти побежала в ванную комнату. Там она сжала правой рукой себя между ног и затряслась, как от электрического тока. Прошло наверное минут пять, когда она смогла успокоиться. Лариса сняла с себя трико и почти сорвала купальник. Ей хотелось стать под душ. Если бы она наказывала только дочку, так бы и поступила. Она могла бы и совершенно голая вернуться назад, к Альбине. Однако, сейчас у нее дома были Коля Герасимов и Фима Королев и они ждали ее возвращения. Поэтому она просто вытерлась банным полотенцем, висевшим рядом с ванной, затем натянула на голое тело трико и свободную футболку.

Альбина, Коля и Фима уже успокоились и стояли, переминаясь с ноги на ногу, стараясь таким образом немного успокоить боль от порки.

- Алька, можешь идти в свою комнату... Оставайся пока голышом и садись делать уроки. Коля и Фима, я сейчас напишу вашим мамам о ваших порках, и вы можете идти домой.

И с этими словами Лариса повела мальчиков в коридор. Первым вышел Фима, а Коля, воспользовавшись тем, что их не видит тетя Лариса, поцеловал в щечку Альбину и тоже вышел в коридор. Стоя почти у выходной двери, Лариса написала на записке от Инны Герсимовой о том, что ее сын получил 40 сильных ударов скакалкой. Такую же информацию о наказании Ефима она написала для Татьяны Королевой.

Затем она открыла дверь, вышла на лестничную площадку и вызвала лифт.

- Мальчики, забирайте свои скакалки и записки и выходите. Сейчас подойдет лифт.

Мальчики, благодарные за то, что им не нужно голыми возвращаться по лестнице, забрали свои вещи и вышли к лифту.

- Спасибо, - поблагодарили они хором и вошли в лифт.

- Пока и надеюсь, видеть в гости, а не для порки, - помахала им Лариса и закрыла свою дверь.

[Mädchen]

- Я не плачу, ма... тетя Лора. - Ласка помогла Коле успокоиться. Еще вздохнув глубоко пару раз, он направился к Альбине. И встал рядом с ней.

Обычно ласка после порки приводит к обратному эффекту,  слёзы текут ручьем)
Мне никогда особо не нравился этот фильм. Но рассказ хороший)

[Odessit]

Обычно ласка после порки приводит к обратному эффекту,  слёзы текут ручьем)

меня как раз ласка успокаивала

[Iwanka]

Кто же не помнит "гостья из будущего"?, пацаны наверно телик все поголовно влюблены в Алису и именно поэтому раз сто посмотрели этот фильм.
Что немного, считаю странным, что на порку мальчишек то к одной, то к другой маме. Но сцена порки с девочкой интересна,  реакция мальчика... хотя, я так поняла, что реакция мальчика была на маму девочки, а она прописала эту реакцию на свой счёт. 
Реакция мамы? Возможно... хотя если по справедливости, почему бы ей не выйти голой?

[Serge de K]

Кто же не помнит "гостья из будущего"?, пацаны наверно телик все поголовно влюблены в Алису и именно поэтому раз сто посмотрели этот фильм.

Я наверное исключение.Этот фильм толком я в детстве так толком и не посмотрел.А что касается Алисы...Это имя моей старшей дочери, но оно никак не связана с героиней этого фильма.

[Julia Steinwasen]

Улыбнула тема нудизма в рассказе.
Не поняла, откуда взялся этот дед Павел.
Пацан так хотел искупаться на море. Как можно это поменять на какой-то там аэропорт?

[Odessit]

Улыбнула тема нудизма в рассказе.
Не поняла, откуда взялся этот дед Павел.
Пацан так хотел искупаться на море. Как можно это поменять на какой-то там аэропорт?

космопорт)))) а дед Павел появляется и в фильме... только там он - проходной персонаж...

[Julia Steinwasen]

Улыбнула тема нудизма в рассказе.
Не поняла, откуда взялся этот дед Павел.
Пацан так хотел искупаться на море. Как можно это поменять на какой-то там аэропорт?

космопорт)))) а дед Павел появляется и в фильме... только там он - проходной персонаж...

Это то понятно, а как же море?

[Odessit]

Улыбнула тема нудизма в рассказе.
Не поняла, откуда взялся этот дед Павел.
Пацан так хотел искупаться на море. Как можно это поменять на какой-то там аэропорт?

космопорт)))) а дед Павел появляется и в фильме... только там он - проходной персонаж...

Это то понятно, а как же море?

стеснялся, что по следам от порки его раскроют. через сто лет порка, судя по словам деда Павла, не практикуется

[Ж.Г.]

Я видела оба (и советский, и современный) фильма, и читала (давно, правда, -- в детстве) повесть Булычёва "Сто лет тому вперёд", знаю о том, что фильмы сильно отличаются не только друг от друга, но и от книги. Знаю и о том, что Алиса вообще-то поротая (розгами) девочка из будущего, хоть и не родителями -- в повести "Остров ржавого генерала", поэтому мне всегда казалось, что она (книжная) вполне нормально перенесла бы такое наказание и от родителей.

[uttu]

Чудненько  С удовольствием посмотрела, на большом экране, а не только в голове прокручивая, такой мини-сериальчик, думаю, - был бы лучше оригинальной версии "про Алису".   

[Avrros]

Как по мне, рассказ великоват. Очень длинная и сложная подводка к обычной порке в компании соседских детей.

[Mih]

Как по мне, рассказ великоват. Очень длинная и сложная подводка к обычной порке в компании соседских детей.

Явно должно быть продолжение. С Алисой, миелофоном и, надеюсь, с поркой )

[Serge de K]

Как по мне, рассказ великоват. Очень длинная и сложная подводка к обычной порке в компании соседских детей.

Согласен.